Обаятельный монстр, неисправимый романтик: интервью с Александром Шпаком

«ЗаграNица»: Что подтолкнуло вас к изменению внешности? В других интервью вы говорите, что решили проецировать свои желания на себя, а не на других. Как это?

Александр Шпак: Красота — внешний облик, который мы пытаемся изменить под свои либо чужие идеалы совершенства. Парням нравятся ухоженные девушки, занимающиеся спортом. Когда они раздеваются, мы испытываем кайф и влечение. А если парень разденется и пройдется на глазах у людей, какие эмоции он вызовет? 

Ну а психологически желание перемен было вызвано тем, что девушки уходили из моей жизни, оставляя лишь несбывшиеся мечты. 16 февраля 2006 года был создан первый эскиз татуировки, который изменил всё — я решил заботиться о себе, как заботился о других.

«ЗаграNица»: У вас был кумир или образец для подражания, когда вы начали меняться?

А.Ш.: Я не хочу оглядываться на сегодняшнюю моду или какие-то понятия. Живу своей жизнью, и главное — стараюсь нести добро: спортом или советом. Кумира у меня не было никогда, но очень запомнился образ Джека Воробья, когда он гордо стоял на мачте тонущего корабля и смотрел вдаль. Вспомните: еще несколько веков назад мужчины носили лосины, ходили на высоких каблуках, брызгались сладкими духами, подводили глаза.

Мое лицо казалось мне безликим — от природы у меня белесые, хотя и «брежневские» брови, почти невидимые ресницы. Это было первым, что я решил исправить.

«ЗаграNица»: Вы замечали агрессивное отношение окружающих к вашим переменам во внешности? Если да, как с этим справлялись психологически? Какие советы можете дать по борьбе с насмешками?

А.Ш.: Общество давило и давит на меня, и тут либо ломаешься, либо становишься сильнее. Я читаю все реплики хейтеров, но больно мне могут сделать лишь близкие, настоящие люди. Мнение безликих незнакомцев для меня пустой звук.

«ЗаграNица»: Когда вы родились?

А.Ш.: Я родился 1 апреля 1979 года в семье военного.

«ЗаграNица»: Расскажите о друзьях в вашей жизни.

А.Ш.: Настоящий друг — это не тот, кто поможет, когда ты попросишь, а тот, кто предложит свою помощь еще до того, как ты сам поймешь, что она тебе нужна. Отношение тех, кто меня знает, после перемен во внешности не изменилось. Ведь главное во мне — чувство долга, понятие о чести, о дружбе, о верности.

«ЗаграNица»: Что вы испытали в момент своего первого выхода в свет с макияжем, накрашенными ногтями? Удовольствие, радость, страх, выброс адреналина?

А.Ш.: Я ведь не хрен на лбу прибил, а просто сделал ресницы и брови более темными. 99% людей этого даже не заметили. На более кардинальные перемены реакция окружающих стандартная: отрицание и агрессия. Я же не испытывал страха или возбуждения. Только легкое спокойствие: наконец-то сделал, что хотел.

«ЗаграNица»: Чтобы позволить себе быть таким необычным, наверняка нужна финансовая независимость. Что было для вас источником дохода до перемен внешности? Как зарабатываете сейчас?

А.Ш.: На тот момент я работал тренером в маленьком зале. Сейчас тренерский талант и некоторая известность позволяют не искать клиентов, а выбирать их, назначать за тренировки цену, которую считаю нужной. Около половины клиентов занимаются со мной уже более десяти лет! Я ценю свою работу за финансовую свободу, которую она мне дает.

«ЗаграNица»: Часто яркие на публике люди дома тихие и скромные. У вас есть образы «для публики» и «для своих»?

А.Ш.: Я искренний и настоящий человек. Могу расплакаться над сентиментальным моментом в фильме. В зале я мотиватор — если крики оттуда слышны аж до метро, это Шпак приседает или работает с весами. А в остальной жизни нелюдим: я не хотел той известности, которая на меня свалилась.

«ЗаграNица»: Какой сверхспособностью вы бы хотели обладать?

А.Ш.: Вечной жизнью, несмотря на боль от того, что пришлось бы хоронить своих состарившихся любимых женщин. Человеческая жизнь слишком коротка, чтобы мы могли полностью реализовать свои таланты.

«ЗаграNица»: Есть много версий того, что произошло с вашими грудными мышцами. Расскажите, как всё было.

А.Ш.: Я категорически против тренировок до отказа, на максимуме, ибо сам через это прошел и навредил себе. Например, жим лежа — обычный вариант самоутверждения перед другими в зале. Желая быть лидером, я повредил плечевой сустав и надорвал мышцы. Чтобы тело оставалось симметричным, начал экспериментировать с грудными имплантами. За пять лет они окончательно «задавили» грудную мышцу, и теперь мне остается лишь принимать свои пропорции такими, какие они есть.

«ЗаграNица»: Как похудеть, не прилагая экстремальных усилий?

А.Ш.: Панацеи нет. Вы спите, валяетесь, сидите, на лифте проехались, на эскалаторе. Но Природой так не было задумано!

Поэтому первое: движение — жизнь. Выйдите на пару остановок раньше или откажитесь от короткой поездки на машине — пройдите расстояние пешком.

Второе: ограничьте количество соли. Она задерживает воду в организме, а жир на 90% состоит из воды.

Третье: откажитесь от сладкого. Типичный пример: «Девочки, я сегодня весь день ничего не ела — только одну шоколадку и горсточку винограда». Отлично, голоданием ты замедлила обмен веществ и резко подняла уровень сахара в крови. Любой следующий прием пищи организм отложит про запас, в жир. Это при условии, что надпочечники со щитовидкой работают нормально.

«ЗаграNица»: Расскажите об отношениях с симпатичными клиентками.

А.Ш.: Это тяжелый моральный аспект работы тренера. Представьте, вашими совместными усилиями создается красивое женское тело, и вдобавок девушка вам подчиняется. Мужчины поймут чувство, возникающее при этом. Но роман с клиенткой для меня табу, верх непрофессионализма.

Еще я лет шесть назад перестал глубоко вникать в личную жизнь клиентов. Оттуда потом тяжело выпутываться.

«ЗаграNица»: У 90% хейтеров при реальной встрече с вами пропадет дар речи. Случалось ли столкнуться с кем-то агрессивным и одной с вами весовой категории? Если да, чем закончилась встреча?

А.Ш.: Хейтеры — безликие существа, чувствующие полную безнаказанность в Интернете. Если бы я обладал стереотипным мышлением, тоже бы, наверное, рассуждал в Сети, «как должен выглядеть мужчина». А случись им в реальной жизни ответить за свои слова — и десятой доли от этой толпы не осталось бы.

Настоящий боец — это человек с характером, и для конфликта ему нужен повод. Кричать издалека «Ты — пи**рас» он не будет. На протяжении последних десяти лет не припомню серьезных стычек, разве что приходилось урезонивать пьяных.

На слова я внимания не обращаю, но если человек вторгся в мое личное пространство — «богомерзкий фрик» снова будет вынужден «избить беззащитного подростка».

«ЗаграNица»: Допускаете ли экстрим в сексе?

А.Ш.: Обычно тема секса для меня — табу, но вам отвечу. Секс — это кульминация любви, романтики, нежности. Но есть целая куча игр, которые делают жизнь интереснее. Помогают бороться с бытовухой, усталостью и прочим. Обычного секса на протяжении всей жизни явно недостаточно, а игра длится вечность.

«ЗаграNица»: Пятый брак у вас был с доминиканкой. Как считаете, могло ли всё быть иначе с по-азиатски покорной тайкой?

А.Ш.: Я романтик, и порой придумываю себе человека, которого на самом деле нет. Именно так было с доминиканкой. Покорная азиатка порадовала бы эго, но лишь вначале. Тихую, спокойную жену мы в итоге перестаем замечать и ценить.

«ЗаграNица»: Вы однажды признались, что у вас «психика всё-таки женская», а ваша супруга в интервью рассказала о доминирующем в ней мужском начале. Такой симбиоз?

А.Ш.: В каждом мужчине есть женское начало, просто Россия живет в страхе перед обвинениями в педерастии. Мне всегда нравилось заботиться, я был полон нежности, которую до нее (супруги — прим. ред.) никто не мог принять. То, что у романтика не взяли, убивает его. Мы с Ириной нашли отражение себя друг в друге.

Прежде я всю жизнь бежал и тащил остальных за собой. Не мог устать или заболеть, иначе всё посыпалось бы в тартарары. Хотелось поддержки, но от женщин, которых я выбирал, ее не было.

«ЗаграNица»: В Таиланде вам довелось столкнуться с ледибоями. Какова была их реакция?

А.Ш.: На Бангла-роуд я оказался в центре внимания. Ледибои осаждали с просьбами сфотографироваться вместе, но не более того. Заметил, что интерес людей разительно отличается в каждой стране. Если мускулистый мужик с мейкапом и накрашенными ногтями в России — гомосексуалист, в Таиланде или Доминикане — объект всеобщего интереса, то в Европе и Америке люди думают: рестлер или кинозвезда. И свято верят, что видели меня по телевизору.

«ЗаграNица»: Несмотря на «вампирский» образ, на вашем канале есть несколько видеобесед со святым отцом. Как вы пришли к вере и какую роль она играет в вашей жизни?

А.Ш.: Что людей не объединяет, то их разъединяет. Моя Мася — верующая, и я, пересилив себя, начал ходить в церковь с ней. А там один священник проповедовал нетипичные для христианства вещи: что не нужно мучиться, нужно быть счастливым здесь и сейчас — и никаких «воздастся потом». Я встретил такого глубокого и интересного человека, что люди заговорили: «Шпак в церковь подался, зазомбировали!». Вера во мне более чем глубокая, но к религии я не имею никакого отношения.

«ЗаграNица»: Можете вспомнить ваш самый счастливый день в жизни, когда вы были переполнены эмоциями?

А.Ш.: (Смотрит на Ирину.) День, когда из двух прежде незнакомых людей образовались «мы». Еще не были произнесены слова «я люблю тебя» и только теплилось понимание этого факта — но свершилось Предопределение. А кем она станет в моей жизни, я знал уже с первых моментов знакомства.

«ЗаграNица»: Спасибо за интервью!